III. Обязательство.

 Мы употребляем это слово в значении подобного определения сделки в том же смысле, какой имеет римское modus или французское la modalite, тогда как в собственном его значении это слово имеет у нас другой смысл - смысл права на чужое действие, составляющего в очень многих сделках существенное их содержание. В смысле modusa обязательство тем характеристически отличается от обязательства в собственном смысле этого слова, что оно не представляет права на чужое действие, а определяет только образ юридического действия, вид, в котором оно должно быть совершено, так что для лица обязательно совершить действие именно в том, а не в другом виде: обязательство (modus) дает сделке лишь точнейшее, но не характеристическое определение. Когда одно лицо обязывается выдавать другому известную сумму денег, то последнее приобретает право на действие первого, тогда как при определении modusa для совершения какого-либо юридического действия не устанавливается права на чужое действие. Положим, завещатель налагает на наследника обязательство выдать лицу А 1 000 руб.: это настоящее обязательство, потому что устанавливает для лица А право на действие наследника, на выдачу ему, А, 1000 руб. Но положим, завещатель, кроме того, налагает на наследника обязательство соорудить ему надгробный памятник: это обязательство - modus, потому что не устанавливает права на чужое действие, на сооружение памятника, так как нет субъекта для такого права.

Нередко также смешивается обязательство, как стороннее определение сделки, с условием сделки. Тому причиной отчасти необработан-ность нашего юридического языка, в особенности же то, что, как в законодательстве нашем, так и в юридическом быту, только чувствуется, но не осознается различие между условием и сторонним обязательством: у нас различают, совершается что-либо, если будет то-то, или совершается что-либо с тем, чтобы было то-то, но не дают себе отчета в существе и основании этого различия. Однако при недостатке технического выражения, подобного слову modus, и в нашем языке можно формулировать стороннее обязательство: можно, например, употреблять для него выражение "с тем, чтобы", тогда как условие обыкновенно формулируется словом "если".

Существенное отличие стороннего обязательства от условия сделки состоит в том, что сделка, сопровождаемая сторонним обязательством, существует от момента ее совершения, так что неисполнение обязательства само собой не разрушает сделки, а она может быть разрушена только по требованию интересанта, тогда как ненаступление суспенсивного условия препятствует возникновению сделки. Положим, завещатель обязывает наследника соорудить ему монумент, но наследник не выполняет этого обязательства: духовное завещание оттого само собой не лишается силы, но только законный наследник может требовать, чтобы оно было признано несостоявшимся по неисполнению обязательства. Таким образом, можно, пожалуй, сказать, что стороннее обязательство сделки имеет силу потестативного условия; но все-таки сделка, сопровождаемая сторонним обязательством, существует от начала и разрушается лишь при вступательстве интересанта, так что, если интересант не вступается или вовсе нет интересанта, сделка продолжает существовать, несмотря на то что обязательство ее не выполнено. Бывает, например, что по духовному завещанию назначается наследником и обязывается к чему-либо такое лицо, которое имеет право наследовать завещателю по закону: от такого наследника никто не может требовать исполнения обязательства, потому что если духовное завещание будет признано несостоявшимся по неисполнению стороннего обязательства, то то же лицо будет наследником и по закону; следовательно, некому предъявить иск о признании завещания несостоявшимся. Но, например, дарение заключено со сторонним обязательством: даритель и его наследник, в случае неисполнения обязательства, могут требовать, чтобы дарение было признано несостоявшимся, потому что тогда дар возвратится дарителю или его наследнику и для них, следовательно, есть интерес в признании дарения не состоявшимся.

Не всегда, однако, вид употребления предоставляемого имущества можно считать сторонним обязательством сделки, а иногда это просто совет лица, предоставляющего другому известное имущество: поэтому в отдельном случае по смыслу сделки следует определять, действительно ли была воля лица на то, чтобы наложить на другое лицо стороннее обязательство, или лицо дало только совет, предоставляя следовать или не следовать ему по усмотрению.